|
Сколь важны для восстановления человека, перенесшего тяжелую болезнь, самовнушение, любовь и участие родных и знакомых, товарищей по работе. Вот один яркий пример. Г., зав. отделом крупного проектного института, продолжительное время находился в клинике глазных болезней по поводу воспаления роговой оболочки правого глаза. Зрение прогрессарующе снижалось. О пережитом он писал: "Психическое состояние у большинства больных, с которыми я нахожусь, тяжелое: они 0оятся ослепнуть. Меняется характер человека и отношения с окружающими. Мне кажется, что особенно тяжело переносится болезнь людьми, привыкшими к аналитическому мышлению и самоанализу. Я верил в "могучую силу врачей" и за это был "наказан". Пытался консультироваться с другими врачами, но это вызвало негодование моею лечащего врача. Появились нервозность, бессонница. Очень хотелось "подгонять время". В больнице было много старых людей, и я ухаживал за ними, беседовал на отвлеченные темы, но реакция была обратная—стала наслаиваться боль за чужое горе. Сколько человеческих трагедий пришлось мне узнать здесь!
После операции продолжал лечение в домашних условиях, но состояние ухудшилось. Жена рано уходила на работу, сын—в школу. Дома я ничего не делал. Магнитофон молчал, книги и телепередачи меня не интересовали. Прогулки в парке и на улице не отвлекали от тяжелого душевного состояния, хотя все твердили, что ничего страшного не случилось и есть ситуации значительно более трагические.
Моим собеседником стало зеркало. Я всматривался в свое отражение и видел сникшего человека в черных очках. Приходилось постоянно закапывать капли, глотать таблетки. Ох, как было тошно от такой жизни! Я понимал, что время лечит, но оно тянулось неимоверно долго. Сотрудники, друзья, семья и люди, с которыми я лечился, проявили ко мне удивительную заботу и любовь. Порой они резко осуждали мои упаднические настроения. Возможно, это сыграло решающую роль в выходе из создавшегося тупика. Врач поликлиники заставил меня выйти на работу. Там моего выхода "не заметили", как будто я и не отсутствовал. Было трудно передвигаться, входить в рабочий ритм, но мне поручали срочные дела, со мной советовались. Я был нужен!
Огромная радость и понимание, что наверное я это заслужил, охватили меня! Вот и получилось так, что в связи с тяжелыми переживаниями я смог оценить себя со стороны. В этом мне помогли люди, с которыми многие годы я был рядом".
В этом самоописании и самоанализе очень ярко выступает тяжелая реакция (до этого полноценного, жизнерадостного и способного человека) на болезнь, угрожающей потерей зрения. Огромную роль в его возвращении к полноценной жизни сыграли коллектив и семья. Ему никто "не сочувствовал", не "выражал соболезнований".
Самое тягостное для больного, когда люди, выражая это "сочувствие", невольно подчеркивают и подтверждают определенную его "ущербность" и "неполноценность" после болезни. Ведь болезнь—горе и страдания, нередко несущие надлом!
|
