|
Коха я. Ты, я вижу, сделала перестановку, купила новую мебель.
Марин н на. Ты имеешь что-нибудь против?
Юхан. Какого черта.
Марианна. Я просто переехала в твой кабинет.
Юхан. Л куда ты девала мои вещи?
Марианна (весело). Сдала их на хранение и плачу за них. Я решила, что имею наконец право на свою собственную рабочую комнату. Ну и вот, купила немного мебели, повесила новые занавески и свои собственные картины, которым раньше так и не нашлось тут песта, потому что тебе они не нравились. Может, я поступила бестактно? По-твоему, мне следовало бы дождаться оформления развода? Соблюсти, как положено, годовой траур? А я вот и телефон уже перевела на свое ими.
Юхан. Ну что ж, правильно.
Марианна. А чего ты все-таки скис?
Юхан. Вовсе нет. Я считаю, ты все сделала правильно.
М а р и а н п а. И на том спасибо. Раньше, если ты помнишь, я всегда ютилась на секретером в спальне, если надо было дома поработать. Не слишком-то удобно. Но мы ведь прежде всего заботились, чтоб у тебя был свой собственный, отдельный кабинет, где бы ты мог спокойно работать и дети бы не мешали. Да, и еще я убрала двуспальную кровать.
Юхан. А это зачем?
М а р и а п н а. Затем, что в этой громадине я места себе не находила. Чуть с ума не сошла. Так что теперь здесь, как видишь, все выглядит несколько целомудренней.
Юхан. А как же твой любовник? Где ты его принимаешь?
Марианна. До поры до времени я предпочитаю встречаться у него.
Юхан. Из-за девочек?
М а р и а и н а (улыбается). Вот глупый. Да девочки мне все уши прожужжали, что поскорей выходила снова замуж.
Ю х а и. Черт знает что.
Марианна. Хочешь чего-нибудь к кофе?
Ю х а и. Нет, спасибо. Я вот смотрю н думаю: это хоть действительно похоже на человеческое жилье. Дом как дом.
Марианна (улыбается). Зато ты. милый- мой. живешь за городом.
Ю х а п. Мы живем в бетонном улье, в трех ячейках. Десятый этаж. С видом на другой бетонный улей. В подъезде вечно хулиганят накачавшиеся нивам подростки. Развлекаются тем, что сбивают с ног пенсионеров. Дом трещит DO всем швам. Из окоп дует так, что занавески трепыхаются. Совсем недавно мне две недели подряд пришлось бегать за водой на колонку. Канализация тоже не работала. В метро после восьми вечера лучше не соваться. А в центре всего этого сумасшедший архитектор поместил нечто под названием piazza. He подумай, что я жалуюсь. Мне даже, наоборот, интересно там пожить. Потому что это больше всего остального соответствует моим представлениям об аде.
Марианна. Я не знала, что ты веришь в ад.
Юхан. Ад — ото такое место, где никто уже больше не надеется, что есть хоть какой-то выход. Но вот Пауле там нравится. Она говорит, что все это вполне согласуется с ее представлением о мире. И что ей там спокойно. Мне-то лично и общем все равно, где бы ни жить, потому что каждое жилье я воспринимаю как временное. Наше душевное спокойствие только от нас зависит. Надо иметь опору внутри себя.
М а р и а н н а. И у тебя она есть?
Юхан. Пока тут вот жил, то есть у себя дома, не было. Тогда решающее значение имело все, что нас окружало. Мы подменили опору обрядовостью.
Марианна. Не понимаю, что ты хочешь сказать.
Юхан. Мы опирались только на то, что было вне нас самих. Наше имущество, наша дача, наша квартира, друзья, деньги, еда, праздники, родители.
Марианна (испуганно). Почему мы перестали быть нежными друг с другом, а, Юхан? Почему мы никогда почти не целовались? А ласкали друг друга только в постели? Почему боялись приласкать лишний раз детей?
Ю х а н. Хочешь знать, что у меня за опора? Сейчас я тебе расскажу. Я вот как себе мыслю: одиночество — это некий абсолют. Единственно существующее. Все остальное — плод нашего воображения. Иллюзия. Помни об этом. И старайся поступать соответственно. Не жди для себя ничего, кроме самого худшего. Цели случится что-то приятное, тем лучше. Не надейся, что ты сможешь покончить с одиночеством. Оно абсолютно. Можно, конечно, придумывать разного рода единение, но выдумки остаются выдумками - про религию, политику, любовь, искусство н так далее. Одиночество тотально. Ловушка же в том, что единение иногда представляется тебе достигнутым. Знай, что это иллюзия. Тогда тебя не постигнет столь тяжкое разочарование, когда все вернется к обычному порядку вещей. Нужно научиться жить с сознанием, что одиночество абсолютно. Тогда ты не будешь больше жаловаться, перестанешь ныть и скулить. Тогда придет к тебе спокойствие, ты обретешь опору внутри себя и научишься принимать бессмыслицу как нечто должное. Я не хочу тем самым сказать, что надо просто успокоиться и сложить руки. Я считаю, надо стараться изо всех сил. Хотя бы потому, что человек сам себя гораздо лучше чувствует, если мобилизует свои усилия, а не сдается.
|
