|
Марианна. Мне бы твою уверенность.
Юхан. А, все это только слова. Пытаешься облечь ('вою суть в слова, чтобы изгнать пустоту. Будто заклинание творишь. Странно, кстати. Ты никогда не думала о том, что пустота причиняет боль? Казалось бы, она должна давать ощущение головокружения пли своего рода душевной тошноты. А моя пустота причиняет мне чисто физическую боль. Саднит, как ожог. Или вот как бывало в детстве; наревешься, а потом в носу и в горле болит и саднит. Меня иногда просто удивляет, до чего же Паула верит в свою политику. По-настоящему верит, искренне и принимает самое активное участие в деятельности своей группы. Ее убежденность дает ей ответы па все вопросы и заполняет пустоту. Вот бы мне такую жизнь. Я это серьезно, без всякой иронии. (Наклоняется к Марианне. ) Чего ты так насмешливо улыбаешься? Считаешь, глупости болтаю? Я тоже так считаю. Ну и пусть. Все равно.
М а р и а н н а. Я просто не понимаю, про что ты говоришь. Для меня это слишком абстрактно. Не знаю почему. Может, потому, что сама н не привыкла рассуждать о подобных проблемах. Я как бы существую в иной сфере.
Юхан (грубо). Разумеется, в более возвышенной сфере. В сфере, специально зарезервированной для женщин с их тонкой эмоциональной организацией и счастливой способностью непосредственного приобщения к таинствам жизни. Паула тоже частенько превращается в этакую жрицу жизни. Когда прочитает очередную книжку очередной великой проповедницы очередного женского евангелия.
Марианна. Я помню, ты всегда любил поговорить. И помню, мне ото- нравилось, хотя я почти всегда пропускала мимо ушей твои теоретизировании. Мне кажется, у тебя проскальзывают потки разочаровании.
Юхан (тихо). Тебе это только кажется.
Марианна (тихо). Ты знаешь, я ведь почти Постоянно про тебя думаю, все думаю, как ты там, хорошо ли тебе или, может, одиноко и тоскливо. Каждый день, много рал на дню я задаю себе один и тот же вопрос: какую же н допустила ошибку, что так ROT между нами получилось? Я знаю, что рассуждаю, как ребенок, но иначе я не умею. Иногда мне кажется, что отгадка близко, вот-вот ухвачу. Смотришь, опять выскользнула ил рук.
Юхан (саркастически). А не пойти ли тебе к психоаналитику?
Я хожу к одному врачу, который и в психоанализе разбирается, мы с ним беседуем раза дна в неделю. Иногда мы просто так встречаемся.
Юхан. Он-то и есть твой любовник?
Мы с ним несколько раз попробовали, по ничего хорошего не получилось. Мы не стали больше и пытаться и занялись изучением моей сложной душевной живши.
Юхан. Ну и к чему же вы пришли?
Марианна. Ни к чему. Прежде всего я пытаюсь научиться выражать свои мысли. Ну а еще вот я выкинула твою мебель и переселилась к тебе в кабинет. Ведя б ты только знал, как меня совесть мучила. Но в то же время я почувствовала себя такой ужасно храброй.
Юхан. Какой-никакой, а результат. (Зевает.)
Марианна. 'Гебе скучно? Надо же, как деваешь.
Юхан. то все вино. Извини. Да и ночи у меня
не как у людей. И внутреннее напряжение, наверно, сказывается.
Марианна. Если тебе хочется домой, иди. пожалуйста, я тебя не удерживаю.
Юхан. Вот глупенькая. Самая ж естественная вещь.
Марианна. Если хочешь вздремнуть, так, пожалуйста, иди ложись. Через часок я тебя разбужу.
Юхан (улыбаясь). Разговоров-то п-ва какого-то несчастного мака. Не хочу н вовсе ложиться. Расскажи мне лучше о путешествиях в свой внутренний мир. Это будет несравненно интересней. Уверяю тебя.
Марианна. Да рассказывать особенно и нечего. Хотя я все-таки наткнулась на одну странную вещь. Но со своим доктором н еще про это не говорила, потому что обнаружила это только вчера вечером.
|
